Как велось расследование о возможном уничтожении троллейбусного движения в Пензе

Как велось расследование о возможном уничтожении троллейбусного движения в Пензе

проект

Как велось расследование о возможном уничтожении троллейбусного движения в Пензе

ссылка на проект

авторы

Иван Финогеев,
Евгений Малышев
Екатерина Малышева

Расследование «„Семерка“ в опасности» — пример сотрудничества активистов и журналистов, и об этом сотрудничестве честно сообщается в тексте. Его автор — журналист Евгений Малышев, но большую часть расследовательской работы провёл Иван Финогеев. Он же выступил организатором так называемых «инициативных общественных слушаний» о судьбе троллейбуса. Проведение таких слушаний активистами после выхода расследования — также одна из составляющих проекта «Право на город»*.

человека в команде

видов источников информации

Иван Финогеев,
автор проекта, активист, муниципальный депутат и руководитель молодежной организации «Поколение нового времени»

Незадолго до участия в проекте «Право на город» в Пензе прошла информация о возможной ликвидации троллейбуса как вида транспорта. Общественные активисты — в том числе я — запустили кампанию по спасению троллейбуса. Собрали несколько тысяч подписей, выходили в пикеты.

Решение об отмене троллейбусного движения в Пензе было отменено. Полагая, что это может быть ненадолго, я подключился к расследованию, чтобы понять, почему уничтожают троллейбусное движение и кому это выгодно.

На момент выхода расследования основные баталии о судьбе троллейбуса уже завершились — на его работу в 2021 году выделили деньги. Но летом того же года стало известно о планах закрыть самый популярный маршрут — № 7, потому материал и был назван «Семёрка в опасности».

Иван Финогеев (справа) собирает подписи за сохранение пензенского троллейбуса в августе 2020 года.
Какой была гипотеза?

Изначально было две версии — картельный сговор транспортных монополистов и некомпетентность чиновников (злоупотребление полномочиями). Изучив документы и пообщавшись с представителями различных групп, мы сконцентрировались на первой версии.

Мы, конечно, не надзорный орган, чтобы выносить вердикты, но, на мой взгляд, гипотеза подтвердилась. Это показали и общественные слушания, на которые «дружно» не явились представители перевозчиков-монополистов — хотя ранее была договоренность с заместителем директора одной из компаний, ООО «Меркурий». Также не пришёл руководитель предприятия, обслуживающего городской наземный электрический транспорт, и он предупредил об этом менее, чем за сутки.

Это же доказывается в расследовании. Это же доказывают «кадровые» перестановки, которые происходят на транспортных предприятиях. Например, экс-директор ООО «Горэлектротранс» (обслуживает пензенский троллейбус сегодня) является заместителем директора ООО «Меркурий». В личной беседе он косвенно подтвердил: всё, что связано с троллейбусом в Пензе сегодня, решают именно монополисты.

Кто занимался расследованием?

Изначально его запустил и вёл журналист Евгений Малышев. Он подключил к нему общественников, которым небезразлична судьба троллейбуса.

Я подключился последним из активистов, но постепенно Евгений делегировал мне полномочия «лидера расследования». Наверное, потому что молодёжная организация, которую я возглавляю, начала поднимать шум по поводу ликвидации троллейбусного движения, запустила кампанию в его защиту, провела успешный сбор подписей и отстояла троллейбус.

Плюс мне эта тема близка и важна. И я не привык бросать дело на полпути (иногда, конечно, очень хочется, но…). К концу работы в команде, по факту, остались два человека — я работал в «полях», а Евгений добывал документы и готовил итоговый материал.

Какие источники использовали?

Открытые данные. Изучали данные с сайтов администраций города и области, решения Пензенской городской думы о выделении средств на содержание троллейбуса, судебные решения и другую информацию, найденную в интернете. Так, Программа комплексного развития транспортной инфраструктуры Пензы была выложена на сайте горадминистрации, а решение арбитражного суда по банкротству МУП «Пассажирские перевозки Пензы» нашли в Картотеке арбитражных дел.

Ответы на журналистские запросы. Как правило, они содержали минимум полезной информации и максимум воды. Но где-то это удалось преодолеть, направив повторный запрос или напросившись на встречу. Так, мне удалось встретиться с зампредом областного правительства, который курирует Минтранс региона. Благодаря этому я получил информацию о связях между перевозчиками и об их попытках завязать новые контакты в рамках транспортной реформы (насколько мне известно, предлагали заключить концессионные соглашения).

Сервисы «КонтурФокус» и СПАРК. Они помогли установить связи между организациями и «причастными» к теме расследования лицами. С их помощью удалось доказать связь монополистов и предприятия, которое обслуживает троллейбусы — связи прямые или почти прямые, через одно-два юрлица. Интересны также «кадровые» перестановки, пример которых приводится выше.

Свидетельства изнутри и разговоры «в кулуарах». О том, что троллейбусы на маршруте № 7 должны заменить на автобусы, рассказал один из водителей. Информацией о ситуации делилась также кондуктор. Например, она рассказала, что в часы пик троллейбус, на котором она работает, переполнен пассажирами, а выручка по итогам дня в полтора-два раза превышает план. В «кулуарных» беседах мне сообщили, что именно представители транспортных монополистов, а не предприятия, обслуживающего троллейбусы, приходили к чиновникам, чтобы договориться о концессионном соглашении — это говорит в пользу нашей гипотезы.

Кондуктор Таисия Косова согласилась говорить с журналистами. Фото Екатерины Малышевой.

Публикации в других СМИ. По ним можно было отследить различные заявления чиновников, сделанные ранее. Например, о том, что троллейбус непопулярен. Или о том, что, напротив, троллейбус как самый экологичный вид транспорта, должен быть сохранён в городе.

Публикации блогеров. Местный блогер Валентин Снегирёв проследил за историей самого большого лота при продаже на торгах имущества МУП — более сорока троллейбусов, здания депо, трансформаторных подстанций и почти ста километров контактной сети. Мы использовали эту информацию. В личном общении с некоторыми чиновниками уточняли сведения, опубликованные Снегирёвым — всё подтвердилось.

Как упаковывали информацию?

Иллюстративный материал — это, в основном, фотографии Екатерины Малышевой. В качестве элементов оформления использовали также справочную вставку, сверстали простую инфографику — в таблице показали, как менялся собственных пензенского троллейбуса.

Таблица, в которой показано, как менялся собственник троллейбуса.

Также сняли и смонтировали видео. Оно появилось раньше публикации, после кампании по сбору подписей, и не вошло в итоговый текст, но, в том числе, с его помощью мы делали «разгоны» в соцсетях.

С какими столкнулись трудностями?

Сложности возникли на этапе получения информации — я уже говорил, что ответы на запросы, как правило, содержали минимум полезной информации.

На момент сбора информации некоторые профильные чиновники и сами не до конца понимали судьбу троллейбуса.

K
В большинство случаев внятных комментариев добиться не удавалось.

У Евгения Малышева, например, ушел месяц на попытку получить комментарий нынешнего руководителя троллейбусного предприятия. Руководителя не удавалось застать в кабинете, на оставленный номер он не перезванивал. Издание «7×7» попыталось уточнить численность штата и планы в отношении троллейбусов через его заместителя, но та от комментариев отказалась, сославшись на коммерческую тайну.

Как продвигали расследование?

Расшарили ссылку в соцсетях «7×7». Публикации были в паблике моей общественной организации, в паблике, посвящённом общественному транспорту Пензы, на странице пензенского ВООПИКа и у других товарищей. Никого об этом не просили. Если кто-то что-то публиковал, то по своей инициативе.

Ещё напечатали расследование на бумаге, тиражом пять тысяч экземпляров — в пензенском выпуске газеты «Новая альтернатива». Это издание незарегистрированной Объединённой Компартии (ОКП), раз в два месяца выходит его пензенский выпуск. Политики там по минимуму, всё больше о социалке. Распространяли и по ящикам, и в руки — на центральных улицах Пензы, в районы отвозили, где активисты распространяли газету.

Печатная версия расследования о пензенском троллейбусе
Как прошли общественные слушания?

Несмотря на то, что риск уничтожения троллейбусного движения в Пензе снизился, он всё же остался, так как в рамках анонсированной транспортной реформы до марта 2022 года ни слова не говорилось о судьбе троллейбуса. Ни о ликвидации, ни о модернизации. Поэтому слушания имели смысл, мы так и обозначили тему: «Пензенский троллейбус: текущее состояние и перспективы развития».

Звали представителей перевозчиков, представителей правительства области, представителей трёх основных фракций в Гордуме — «Единой России», КПРФ и ЛДПР. Звали общественников, работников депо, экологов. Пришли все, кроме перевозчиков-монополистов, перевозчика, обслуживающего троллейбусы, представителей фракции ЕР и КПРФ.

Голосование за резолюцию на слушаниях о судьбе пензенского троллейбуса.

Обсуждения состоялось живое, здоровое. Его итогом стала резолюция, в которую вошли шесть из семи внесённых активистами предложений. Представители власти и представители общественности приняли её единогласно. Этот стало для меня неожиданностью — как и для других участников. Собрались очень разные люди, представители, в том числе, противоборствующих структур.

Опыт организации таких слушаний был полезен. Будем применять его для решения других городских и областных проблем. Результаты на сегодня: резолюция из правительства перенаправлена в администрацию города, Минтранс, УФАС, МВД. Из облпрокуратуры — в УФАС, МВД, правительство области.

K
Главный урок: оказывается, возможен нормальный диалог с теми, против кого я раньше стоял с плакатом «фамилия, фамилия, вы оху(рисунок хвойных деревьев)».

Через несколько дней после слушаний на линию вышли два новых экспериментальных троллейбуса Саратовского и Уфимского заводов. После обкатки в пензенских условиях, частники примут решение, у кого и сколько новых моделей закупить. Ранее же, в приватной беседе, замдиректора одного из монополистов заявлял, что они не планируют закупать ничего, даже тестовые варианты — потому что денег нет. В итоге — что имеем. «Совпадение? Не думаю!»

Может ли журналист быть активистом?

Может, но не должен. Это всегда личное решение. Я, как общественный активист и мундеп, если занимаюсь какой-то проблемой и расследованием по ней, то, как правило, более чем вовлечён в гражданские активности. Зачастую приходится выступать инициатором офлайн-активностей (народный сход, серия одиночных пикетов и т.п.). Аргументация проста: если я этим занялся, то почему кто-то — но не я — должен активничать?

*«Право на город. От общественного расследования к общественному участию» — проект фонда «Так, так, так», в рамках которого журналисты из разных регионов России ведут расследования локальных проблем, вовлекая в работу активистов, юристов и экспертов.

Спецпроекты sdelano.media

Над материалом работала
Анастасия Сечина

Иллюстрации:
предоставлены
И. Финогеевым

Делали похожие проекты? Расскажите о своем опыте, нам интересно!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: